Война, война. С одной стороны, она разделяет людей. На "особенных" и "неправильных". На богатых и бедных. Богатые сидят за столами в коттеджах, а бедные — в окопах, подвалах, в ипотечной квартирке, на улицах. Первые начинают войны, а вторые идут на них умирать или становятся невинными, случайными жертвами. С другой стороны, гуляя по Белгороду, я видел дома вот этих самых сраных капиталистов: огромные ворота, роскошные домища. На одни кирпичи только ушло десятки миллионов рублей. Но возникает и такая мысль, что война, помимо того, что разделяет людей, она их ещё и уравнивает. Вот кто-то присмотрел себе местечко. Хорошее, весь город как на ладони. Владыка мира, мать твою. Но при очередном обстреле Шебекино так ракетка не долетит, попадёт во двор. Что делать будешь, м? И кассетной БЧ как раз зарядов на твой целый участок. Спасут тебя твои деньги? Не спасут. Кошелёк к гробу не пришьёшь. Дом не втюхаешь кому-нибудь, просто так не съедешь. Жаба задушит такие хоромы бросать. Есть нехорошее предчувствие, что украинская армия прощупывает обороноспособность ПВО. Потом просто жахнет массированным ракетным ударом. Это, конечно, если у них такие мощности есть. Если у них там 2-5 шасси РСЗО, то это, конечно, другое. Утром отстреляли — уехали, вечером или ночью отстреляли и тоже уехали. Посмотрел на карты —Харьков внезапно совсем рядом. Жителей внезапно эвакуируют. Хочешь уехать — уезжай. Но люди тоже не особо хотят бросать свои дома и свою налаженную жизнь: работа, дети, бабушки, дедушки, хозяйство, дома. Хочется верить, что однажды это надоест всем. Шлёпа возразила мне: мол, как они бросят воевать, если им офицеры приказы на местах отдают? А вот так. В 1916-1917 людям тоже остоебенило всё. В 1914 решили заварить войнушку, людям это быстро надоело. Что русским, что немцам. Люди просто на местах убивали своих офицеров и шли домой. Никто не хочет воевать. Вся эта песенка про особенность наций — что русской, что украинской — работает, но скоро станет скучно. Потому что реальная проблема — это не то, какой ты нации. Реальная проблема — это то, что твой национальный капиталист захотел ресурсы и рынок сбыта. Реальная проблема — это то, что ты каждый день рискуешь собой ради абстрактной идеи. В сущности, непонятно ради чего. Я верю в разумность человечества. В то, что мы умеем думать и анализировать. Ты сидишь и твои дети сидят в окопе или в подвале, а он и его дети сидят на яхте. Для тебя булка хлеба — радость, а он мажет чёрной икрой или белым порошком тело шлюхи. Они зависят он нас. Если мы скажем им решительное "нет", то все войны закончатся. Рабочему нет нужды убивать рабочего. У капиталиста есть нужда решать личные проблемы за счёт рабочих. Потому что никто другой не обеспечит ему богатства.

Ну вот, я в поезде и еду назад в Питер. Снова не спится. Душно. Можно сказать, я увидел войну своими глазами. Увидел разрушенные здания. Выбитые стëкла, сколы и следы от осколков. Слышал хлопки близко и вдалеке. Слышал вой сирены и отмену ракетной опасности. Убегал в погреб, прятался на цокольном этаже парковки, слышал грохот витрин ТЦшки, ныкался по углам, под столом, за стенами. Каждую минуту был готов закрыть Шлëпу своим телом от осколков стекла и металла. Практически каждый тост был за мир и мирное небо. Видел разочарование в глазах тех, кто поддерживает действующий режим, капитализм. Сам я уже давно разочаровался. При капитализме рабочие не нужны. О людях вспоминают в последнюю очередь, когда ну очень внезапно выясняется, что кто-то всё-таки должен работать, производить товары, платить налоги, покупать товары и тем самым поддерживать твоё существование, кидать заработанные деньги в твой карман.

Грустно.

С одной стороны, знакомство с родителями Шлëпу меня очень согрело: стало понятно, откуда растут ноги её психологического здоровья. Добрые, любящие, заботливые, принимающие родители. Знают, что такое юмор, самоирония, транслирующие здоровую позицию: забей на мнение других и живи так, как нравится тебе. Меня это реально греет. Сели все вместе, посмотрели кино, обсудили его.

С другой стороны, это ещё больше открыло мне глаза на моих родителей. Что они авторитарные, эмоционально недоступные и незрелые. Что сначала идёт выражение любви через дать деняк, а потом начинают выкручивать мне руки, упрекать меня, навязывать свой образ мышления и т.д. Мне было очень тяжело отказаться от их финансовой поддержки, но я всё-таки смог это сделать. Я не знаю, как буду решать жилищный вопрос, но они – последние, к кому я пойду. Я понимаю, что не общаться с ними – это моя забота о себе, экономия нервов и моральных сил. Я понимаю, что они никогда не изменятся. Я понимаю, что отделился от них эмоционально. И что невозможно отделиться той частью себя, которая получает материальную выгоду. И той частью себя, которая хочет и будет хотеть родительской любви, принятия, понимания. Но я сам очень повзрослел за прошлый год. Стал сам себе любящим, чутким, внимательным родителем. И что эмоционально родители не имеют больше надо мной власти. Просто они вот такие, а у меня своя насыщенная и интересная жизнь. Вокруг много добрых и внимательных, любящих людей.

Я пока что не знаю, насколько будет здоровым заменить свои эмоционально недоступные родительские фигуры, например, родителями Шлëпы. Или придумать себе, что вот эти холодные и не любящие родители – это не мои родители. Что у меня добрые и любящие родители, но они просто умерли. Это всё похоже на убегание от реальности. Хотя механизм замещения более здоровый. Я бы мог любить родителей Шлëпы как своих. По крайней мере, я больше не вешаю роль любящей мамы на свою партнëршу – это уже большое достижение в плане собственного психологического здоровья и здоровья отношений. В принципе, если бы я зарабатывал ещё больше денег, то совсем не оглядывался в сторону своих родителей. Потому что я чувствую себя хорошо и спокойно, когда не общаюсь с ними и не вспоминаю о них.

Поехали сегодня за продуктами, попали в ТЦшке под обстрел, прятались на закрытой парковке, на цокольном этаже.

Вообще, довольно интересное чувство: одно дело – смотреть новости, другое дело слышать взрывы. В тихое время ждёшь, что прилетит снаряд, выбьет стёкла и нахрен всех порежет. Во время атаки ждёшь, когда замолкнут взрывы и сирены.

22 часа хорнились в поезде. В день нашего приезда город обстреляли. Мы подъезжали к Курску, прочитали новости. На конечной станции в поезд ничего не прилетело, обстрелы прекратились. Утром 31 числа разбудила сирена о ракетном ударе, прозвучала команда:"Одеваться!". Оделись, но остались в доме, в подвал не пошли. Весь день болит голова. Подумал, что лучше пусть в меня попадёт снаряд, но хочу высыпаться и никуда не пойду, если начнутся очередные обстрелы Белгорода. Мне нужен отдых.

Родители классные, юморные. Познакомились.

С новым годом.