У меня был психолог-гештальтист. Чуваку было около сорока, он заканчивал бакалавриат, и для экзаменов ему нужен был человек на десять консультаций. А тут я такая — привет, чел, с прьюра, а хочешь поболтать минут через пятнадцать? прям вот поболтать по телефону словами? да? ну и заебись, давай.

Это было сложное время. Я писала диплом и страдала по чуваку, который пиздил о кундалини-йоге, курил траву, снимал кино и перебирал мои волосы в руке.

И вот в это сложное время я придумала новый прикол побегов от одиночества: я болтала с людьми, пока выходила вечером гулять. В идеальном мире я бы выходила курить и гулять, но курить я тогда бросала. Большинство из тех, с кем я разговаривала, перемешались между собой и стёрлись из памяти, но вот психолог остался.

С ним было два разговора минут по десять и несколько сообщений после, в которых дали понять, что общение со мной не интересно. Ну, собственно, я хоть и созависимая, но не настолько, чтоб за двадцать минут. Чувак исчез из памяти, я начала проходить практики, предзащиты и прочую еботень, а потом он появился с предложением: десять бесплатных консультаций с условием, что они записываются и анонимно используются на экзамене. А мне как бы палец в рот не клади, дай в какую-то хуйню вляпаться, особенно если реальный мир горит и разваливается и что будет дальше — вообще непонятно.

Десять консультаций растянулись на четыре месяца, что-то переносилось, что-то отменялось, но закончили мы в октябре. И мне это помогло.

Если что, это была предыстория. Всё шло к вот этому вот.

К Новому году мне захотелось закрыть гештальт с человеком, который тянется уже более трёх-четырёх лет. Ну, а кто мне запретит делать это текстом — это ещё терапевтичнее.

Несколько лет назад у меня был саб. Новичок. Мальчик-Зайчик. Знаете из тех, кто сидит в глухом-глухом шкафу и каждый шаг вперёд сопровождается двумя шагами назад. Всё это тянулось больше полугода, и я успела влюбиться. Идиотская ситуация, ибо задумывалось всё не больше, чем дистант с виртом, дабы голову разгрузить. Мы за три пизды друг от друга. О чём-то большем и речи не шло.

Удивительно, но при всей хуйне он до сих пор остаётся набором основных критериев для саба. Знаете таких, что при входе в комнату смотрят, пятятся, опускаются на колени и с опущенной головой ползут к ногам. А ты сидишь и своими делами занимаешься, тебе на то, что там ползёт, дела нет. А потом голова оказывается на коленях, и тело по-кошачьи ластится к ногам. А ты продолжаешь сидеть и заниматься делами, но он в ногах ощущается так правильно, что скулы сводит от всего того, что можно с ним сделать, вместо того чтобы сидеть и сдержанно заниматься своими делами. Этот человек умеет возбуждать самыми невинными действиями и фразами. И это убивает. Честно говоря, это убивает меня последние четыре дня.

Я помню, чем всё закончилось. Я помню, что каталась на эмоциональных качелях, потому что в какой-то момент человек оказался со своим шкафом не один на один, а в публичном доступе. И было проще всего засунуть меня в этот шкаф, повесить замок и идти куда подальше, не оглядываясь.

Спойлер: на человека нет обиды или злости. С человеком всё проговорено и не один раз, принесены извинения, и все чувства погребены.

Но при всём этом я всегда знала, что у человека есть возможность вернуться обратно — и его не выгонят святыми тряпками.

А вот сейчас двери закрылись.

Я застряла где-то между «описание нормальное, надо написать что ли, а то эта хуйня книжная уже кринжом ощущается» и «да, сдалось мне это описание, всё равно ничего не хочу».

Ну, а собственно, разве я ничего не хочу?

Как у рппшницы, у меня есть прикол со школьных лет — я хочу овсянку? Объясняю. В какой-то момент мне в голову ебнуло, что НАДО завтракать овсянкой, и исправно каждый день полгода я ела овсянку. И за всё это время я пришла к выводу, что даже если я засуну в овсянку всю банку сгущенки или превращу её в овсяноблин, лучше от этого она не станет, и есть овсянку я согласна только в случае, когда реально голодная. Да, вот такой рппшный прикол.

Вот с людьми также. Зачем? Если не голодная? А буду ли я вообще голодной? То есть путём проб и ошибок я точно выяснила, на что «стоит», а на что «не стоит». И соглашаться на второе, уже зная результат — акт селфхарма. И теперь, глядя на всё это, я знаю, чего хочу и как это должно быть, и вот «овсянку» больше совсем не хочется.

Тогда остается чувство, что нужно сбежать от невыносимого одиночества на вечер, или пару часов, или выходные, а потом уехать и дальше жить жизнь. Точно зная, что овсянка, даже с солью и сыром, — это всё ещё овсянка.

И глупо смотреть на овсянку, размышляя, может быть, она всё-таки нормальная, зная, что гречка пизже.

Но речь-то не об овсянке и гречке, а об описании для анкеты.

Знаете, эту ситуацию, когда кто-то не нравится, но перестать дрочить глаза о дневник не получается, как же... как же это называется...

Стоп... где-то я ведь слышала это слово??

А.... ну точно...

Это же просто... ЗАВИСТЬ. Дешевая галимая зависть. И все.

Мальчики, которые приходят в «сабы», и их унылые манипуляции

Приходит ко мне недавно мальчик и пишет:

Произвольная цитата

Дневник почитал, анкету почитал — импонируют мне люди, которые пытаются разобраться в эмоциональном интеллекте. Буду рад найти ту, для которой смог бы стать нижним. Опыт есть. Если рассмотрите в сабы, буду рад продолжить общение.

Произвольная цитата

И для начала было бы неплохо, чтобы человек умел флиртовать, ставить знаки препинания и был не старше 35.

И вот, честное слово, я уверена, что человечество вымрет, потому что люди разучились флиртовать.

Произвольная цитата

Могу я во флирт, просто когда со всеми подряд это замыливается и превращается в повседневность.

Произвольная цитата

Ты принимаешь на свой счет то, что не предназначалось конкретно в твой адрес и видишь манипуляцию там, где её нет. Возможно, тут у тебя травмирующий опыт, поэтому так.

А у вас есть постоянные сабы или только по сессиям?

Мне за три дня задали этот вопрос четыре раза. Я в ахуе, товарищи. Не от того, что вопрос неподобающий — нет, просто очень пезко он появился в моём вакууме.

И в первый, и в четвертый раз он меня немного ставит в тупик. У меня есть постоянные сабы, но только для сессий. Ну, знаете, и вашим, и нашим.

На самом деле, тут даже нет никакой уникальной истории. Года три назад я жила на несколько городов, в каждом были новые знакомства и одно стойкое желание — не смешивать отношения и тему. То есть: ты — саб, я — дом, вот эти практики мне интересны, вот такие табу. Сходится? Ебашим.

Для каждого саба было придумано гениальное правило: никаких диалогов в мессенджерах. У всех есть номер, если хочешь встретиться, пиши. А лучше — написать, а потом позвонить.

Так если у вас есть постоянные сабы, почему вы не заводите отношений с ними?

Ну, как сказать... Каждого из них я воспринимаю как игрушку, которая стала добрым другом. Рассматривать их как партнера для отношений — для моей головы это что-то вроде инцеста.

К тому же, к сабу для отношений — дохуя условий, под которые сабы для сессий не подходят.

Человечек со смесью брутальности и феминности, который сможет выйти за границы привычного — будь то тема или реальная жизнь — и собрать со мной по кусочкам новую реальность, такую, где будет наше «нам так правильно». Такую, в которой есть грань между «ты моя вещь — дышишь не в ту сторону, и я подвешу тебя вниз головой на крюке вместо люстры» и «ты мой партнёр — я люблю и уважаю тебя за твои действия, ценности, взгляды и слова».

В интересах есть боль и анальный секс.
В табу всё, что касается животных, туалетных игр, нарушения закона и жёсткие формы эмоционального насилия/унижения.

И ещё:

У человека нет зависимостей, в идеале. Или же он знает о проблеме и понимать, как действовать, чтобы не быть человеком зависимости, а иметь её.

Отсюда же вытекает, что он не отрицает психологию.

Человек любит животных, особенно собак.

У человека есть работа, которую он не ненавидит, в идеале — любит.

Человек видет в своем будущем детей и иметь хорошие отношения с уже имеющимися, если они есть.

И для начала было бы неплохо, чтобы человек умел флиртовать, ставить знаки препинания и был не старше 35.

И вот, честное слово, я уверена, что человечество вымрет, потому что люди разучились флиртовать.